Npdpk.ru

Стройжурнал НПДПК
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Как пускали под откос советские эшелоны

История России. Партизанское движение в годы Великой Отечественной войны в цифрах и фактах.

Партизанское движение в годы Великой Отечественной войны цифрах и фактах.

18 июля 1941 г. — ЦК принял специальное постановление «Об организации борьбы в тылу германских войск».

30 мая 1942 г.- создание решением ГКО Центрального штаба партизанского движения (ЦШПД). Начальник ЦШПД — П. К. Пономаренко, с 1938 г.- первый секретарем ЦК КП(б) Белоруссии. Действовал ЦШПД до января 1944 г.

Главнокомандующий партизанского движения — маршал К.Е. Ворошилов.

5 сентября 1942 г. — приказ наркома обороны И.В. Сталина «О задачах партизанского движения».

К 1945 году в партизанских отрядах и соединениях воевало около 1.1. млн. человек, насчитывалось более 6 тыс. партизанских отрядов.

С 3 августа по 15 сентября 1943 г. – операция «Рельсовая война» , проводилась на оккупированной территории РСФСР, Белоруссии и части Украины для оказания помощи частям Советской Армии в завершении разгрома немецких войск в Курской битве проводилась операция

Итоги операции: партизаны Белоруссии пустили под откос 761 вражеский эшелон, Украины — 349, Смоленской области – 102.

С 19 сентября по конец октября 1943 г. – операция «Концерт» . В ней участвовало 193 партизанских формирования Белоруссии, Прибалтики, Ленинградской и Калининской областей. Протяженность операции по фронту составила около 900 км, а в глубину 400 км. Ее проведение было тесно связано с предстоявшим наступлением советских войск на Смоленском и Гомельском направлениях и битвой за Днепр.

Итоги: в результате партизанских операций 1943 г. пропускная способность железных дорог снизилась на 35-40%, что срывало планы врага по обеспечению и пополнению войск. Кроме того, немцы были вынуждены крупные силы задействовать для охраны железных дорог, а их протяженность на оккупированной территории СССР составляла 37 тыс. км. Только в летней кампании 1942 г. действия партизан отвлекали 24 вражеские дивизии, 15 из которых постоянно занимались охраной коммуникаций.

Всего за годы войны:

  • советские партизаны пустили под откос около 18 000 составов, из них 15 000 в 1943—1944;
  • партизаны уничтожили, захватили в плен и ранили 1 млн. фашистов,
  • вывели из строя 4 тыс. танков и бронемашин, 65 тыс. автомашин, 1100 самолетов, разрушили и повредили 1600 железнодорожных мостов.

Партизаны активно срывали отправку в Германию на принудительные работы больших групп населения. Только в Ленинградской области были предотвращены попытки угона 400 тыс. советских граждан.

Потери со стороны немцев от действий партизан – более 400 тыс. человек. Среди них – 67 генералов (пятерых удалось взять живыми).

Награды участников партизанского движения.

  • Более 127 тыс. были награждены медалью «Партизану Отечественной войны» 1-й и 2-й степени;
  • свыше 184 тыс. удостоены других медалей и орденов,
  • 249 человек стали Героями Советского Союза, причем С. А. Ковпак и А. Ф. Федоров — дважды.
  • 124 человека — каждый второй! — получили это высокое звание посмертно.
  • Всего в годы Великой Отечественной войны высшей награды страны были удостоены 11 657 человек, из них 3051 посмертно, то есть каждый четвертый…
  • Каждый девятый, кто воевал в партизанском отряде или подполье и заслужил звание Героя Советского Союза — женщина!
  • Только пять партизанок из 28 получили это звание при жизни, остальные — посмертно. Среди них были и первая женщина — Герой Советского Союза Зоя Космодемьянская, и участницы подпольной организации «Молодая гвардия» Ульяна Громова и Люба Шевцова.
  • Среди партизан ― Героев Советского Союза были два немца: разведчик Фриц Шменкель, награжденный посмертно в 1964 году, и командир разведроты Роберт Клейн, награжденный в 1944 году. А еще словак Ян Налепка, командир партизанского отряда, награжденный посмертно в 1945 году.
  • После распада СССР звание Героя Российской Федерации было присвоено еще 9 партизанам, в том числе троим посмертно (одна из награжденных — разведчица Вера Волошина).
  • Медалью «Партизану Отечественной войны» были награждены в общей сложности 127 875 мужчин и женщин (1-й степени — 56 883 человек, 2-й степени — 70 992 человек).
  • Самую первую из медалей «Партизану Отечественной войны» 1-й степени в июне 1943 года получил командир группы подрывников Ефим Осипенко. Награды он был удостоен за свой подвиг осенью 1941 года, когда ему пришлось подрывать не сработавшую мину буквально вручную. В итоге эшелон с танками и продовольствием рухнул с полотна, а контуженного и ослепшего командира отряд сумел вытащить и переправить на Большую землю.

Эшелон с марокканской кавалерией летит под откос

В середине февраля 1937 года фашисты форсировали реку Хараму и захватили выгодный плацдарм. В марте ринулись на Гвадалахару. Однако благодаря мужеству испанского народа фалангисты и интервенты получили сокрушительные удары на всех фронтах.

Гвадалахара стала в те дни синонимом слова «разгром». Тысячи итальянских головорезов полегли там. Эхо победы на Гвадалахаре резко подняло боевой дух борющегося народа.

Почти каждый день на автоматических минах взлетали воинские эшелоны и автомашины. На перегоне Кордова — Пеньярроя люди из батальона капитана Доминго мастерски взорвали железнодорожный мост.

Успехи наших диверсантов в районе Пособланко перекликались с боевыми действиями других подразделений и партизанских отрядов.

На южном фронте мне пришлось встретить старого знакомого — М. К. Кочегарова, с которым мы вместе обучали в 1930–1932 годах будущих партизан в Киеве. Как выяснилось, он тоже использовал наши мины.

Воевали в тылу врага и другие советские добровольцы, которых я знал раньше. Немало смелых налетов на военные объекты мятежников и интервентов удалось организовать другим советникам, в том числе Н. А. Прокопюку и А. К. Спрогису.

Пришла пора лунных ночей. Луна поднималась все выше и все дольше оставалась на безоблачном небосводе. Ночное светило «помогало» противнику. Диверсанты яростно проклинали ее.

Вскоре, однако, мы научились работать и в этой обстановке, хотя одна из таких ночей здорово подвела меня.

Я разбирал при лунном свете сумку с минно–подрывным имуществом тяжело раненного минера и

сделал неосторожное движение. Все обошлось сравнительно благополучно: взорвался только электродетонатор. Но я чуть не лишился кисти правой руки. Несколько осколков впилось в лицо. Другие бойцы не пострадали.

Этот несчастный случай свел меня еще с одним членом Хаенского провинциального комитета партии, товарищем Фредерико дель Кастильо — начальником военно–санитарной службы южного фронта.

— А говорят, подрывники ошибаются только раз! — заметил Фредерико, удаляя очередной осколок из моей окровавленной руки.

Это был замечательный врач и обаятельный человек. Так же как Валенсуела, Арока, Мартинес, Фредерико дель Кастильо мечтал после победы над фашизмом приехать в СССР. Все эти славные сыны Испании, за исключением Мартинеса, погибли от рук мятежников и интервентов…

Крушения на дорогах противника продолжались. Диверсанты пустили под откос эшелон с марокканской кавалерией. Из тридцати вагонов не уцелело ни одного.

Мятежники были взбешены. На охрану железной дороги они поставили несколько батальонов и непрерывно вели поиски инженерных мин.

Наши бойцы были начеку. У нас уже имелись мины, которые взрывались при первой попытке снять их с полотна дороги. Изменили минеры и тактику действий: стали часто менять районы нападения, перешли главным образом на колесные замыкатели.

Пропустив «бдительный» патруль, диверсанты выходили к дороге за одну–две минуты до подхода поезда, устанавливали колесный замыкатель, и составы валились как по расписанию.

Так, например, был взорван поезд с боеприпасами для франкистов под Монторо в конце марта 1937.

Читать еще:  Что такое дорожный откос

Наши люди осуществили этот взрыв в очень сложных условиях. Подойти к дороге с юга было не возможно: открытая местность. Осуществить вылазку за одну ночь нельзя: далеко от линии фронта. С севера железную дорогу прикрывала не только охрана, но и быстрая река Гвадалквивир; помимо мин и оружия надо было нести с собой две складные брезентовые лодки. На подобных лодках в 1930–1932 годах я переплывал через Днепр, но то были учебные занятия.

Возглавил эту вылазку моряк Руис. К западу от Монторо река не охранялась, и диверсанты спокойно преодолели ее. Они успели поставить две мины и даже увидели, как упал под откос поезд.

Днем мятежники попытались на машинах вывозить боеприпасы из покореженного эшелона. Но и это им не удалось. Самолеты под командой К. М. Гусева внезапно налетели на скопление вражеских машин. Многие из них сгорели или взорвались тут же у разбитых вагонов.

Эту картину хорошо можно было наблюдать с гор из расположения республиканцев. И прибывший из Хаена товарищ Пасуэло оказался очевидцем незабываемого зрелища.

Ловкие, смелые, дерзкие диверсанты капитана Доминго к концу марта основательно нарушили железнодорожное движение на участке Кордова — Пеньярроя.

Тогда франкисты стали осуществлять перевозки по шоссе.

Но тут же вышли на автомобильную дорогу и бойцы Доминго.

Движение вражеских колонн по автомагистрали резко сократилось. Особенно в ночное время. Несколько батальонов фашистской пехоты так и не добрались до фронта; их поставили на охрану дорожных сооружений и самой дороги.

Большую кропотливую и временами опасную работу проводил маленький коллектив, где старшим был Састре. В переводе на русский язык — састре — портной. Но наш Састре был хорошим электротехником, а потом стал еще пиротехником. На полном круглом лице его мгновенно отражались все чувства. Даже при незаурядной полноте Састре был очень подвижен. Этот на первый взгляд «нервный» человек работал всегда очень спокойно и уверено.

Састре не только изучил процесс изготовления всех мин и гранат, применявшихся красными партизанами в годы войны против иностранных интервентов и белогвардейцев и изобретенных нами в период подготовки партизан, но и сам начал совершенствовать технику.

Освоив наши «картофельные» и «яблочные» замедлители, Састре предложил свой «апельсиновый» замедлитель (принцип действия «овощных» и «фруктовых» замедлителей, основан на использовании их свойства усыхать или гнить, либо наоборот — разбухать или прорастать семенами во влажной среде. Если немного подумать, кроме сельхозпродуктов, для самодельных замедлителей можно использовать практически любые предметы, явления, живые организмы: снег, лед, воду, песок, соль, сахар, засуху, грозу, день, ночь, наступление зимы, постельных клопов и т. п. Мною был изобретен оригинальный «мышиный» замедлитель. Таким образом, используя подручные предметы, можно установить мину с любым сроком замедления: от нескольких минут до года и более. — Прим ред. А. Э.) И надо признать, это изобретение оказалось более точным. Наши минеры получили противопоездные и другие мины замедленного действия, которые можно было устанавливать в безлунные темные ночи с расчетом, что они взорвутся в полнолуние.

Састре участвовал и в создании первых малых магнитных мин, впоследствии усовершенствованных англичанами. Эти наши мины хорошо удерживались на металле и взрывались в зависимости от длины фитиля через пять — тридцать минут после установки, надежно выбивая рваное отверстие в цистернах.

А самым широким спросом пользовались все же испытанные лас бомбас де мано (ручные гранаты) и взрыватели к ним.

Их можно было изготовлять не только на республиканской территории, но и на скрытых базах в тылу противника. Мы несли и везли с собой лишь взрыватели и взрывчатое вещество, а металл для гранатных корпусов находили на месте. Для этого годились и куски водопроводных труб, и консервные банки, начиненные проволокой или гвоздями, да и просто проволока.

Взрыватели и мины, сделанные в Хаене, применялись на нескольких фронтах…

Кто бы мог тогда подумать, что через четыре года мы снова займемся этим, но уже на советской земле?!

Троянский мул

Специальный батальон полностью укомплектовали. Теперь он базировался в трех местах — Хаене, Вилья–нуэва де Кордова и Валенсии, где продолжали работать мастерская и велась подготовка все новых групп. Приступил к работе и штаб батальона. Его возглавил интербригадовец, югослав капитан Илич. Аккуратный, подтянутый, Илич делал то, к чему никак не мог приучиться Доминго: тщательно вел документацию, педантично собирал сведения о действиях групп, составлял сводки для командования. Он же регулярно занимался и вопросами снабжения.

Во второй половине апреля я пережил большую радость: в Хаен прибыл Гай Лазаревич Туманян и с ним неуловимый Ксанти.

Приезду Ксанти радовался и Доминго, хорошо наслышанный о его дерзких вылазках в тыл мятежников.

— Какой рослый, как здорово сидит на коне! восхищался он. — Врожденный кавалерист!

Я сказал Доминго, что Ксанти не просто кавалерист, а настоящий джигит–горец, и наш капитан решил непременно показать гостю кавалерийский взвод минеров, сформированный в Вильянуэва де Кордова.

Ксанти и Туманян познакомились с минерами, много беседовали с ними, делились опытом. Мы вместе объехали базы в Хаене, Вильянуэва де Кордова и даже побывали на скрытой базе в тылу врага западнее Адамуса.

И Туманян и Ксанти остались довольны результатами поездок. На прощание мне намекнули, что в ближайшее время несколько групп, возможно, перебросят на другие фронты…

Вспоминая те дни, не могу не рассказать об одном из боевых эпизодов, связанных с жарким апрелем 1937 года, о монастыре ла Вирхен де ла Кабеса, где засели мятежники. Несколько попыток республиканцев очистить монастырь не увенчались успехом. Ни артиллерийский обстрел, ни даже бомбежка не причинили существенного вреда гарнизону монастыря: толстые стены и крепкие своды подвалов обеспечили врагу надежную защиту.

Мятежный гарнизон в монастыре вонзился в республиканскую территорию, как болезненная заноза. С ним следовало покончить. Но как? Вот и пришло кому‑то в голову использовать для захвата монастыря диверсантов. Они должны были ночью проникнуть к обители и взорвать каменную стену.

Доминго возражал против этой нелепой затеи:

— Во–первых, наших бойцов уничтожат при малейшей попытке подойти к стене. Во–вторых, небольшая группа просто не в состоянии подтащить к монастырю нужное количество взрывчатки.

— Значит, подрывники тоже бессильны?

— Почему бессильны? Дайте подумать. Минеры еще понаблюдали за монастырем, подумали и предложили свой план захвата обители.

— И на что вы рассчитываете? — скептически спросили их.

— Исключительно на полное невежество мятежников в вопросах классической литературы, — спокойно ответил заведующий лабораторией минной мастерской Састре.

И вот через неделю на дороге из Андухара в штаб батальона, осаждавшего гнездо мятежников, появился всадник. Пугливо поглядывая на монастырь, он грубо понукал своего мула, нагруженного двумя ящиками с патронами. Несколько выстрелов с монастырских стен заставили всадника скатиться с седла и спрятаться в канаве. Еще несколько выстрелов — и всадник, бросив мула, стал отползать прочь.

Животное, потерявшее седока, принялось пощипывать травку. Но на обочинах каменного шоссе она была чахлой, а у монастыря виднелся сплошной зеленый ковер. Мул тут же устремился на пастбище.

— Дело было к вечеру. Утром, к нашему большому удовольствию, мула уже не было. Видимо, мятежники увели его к себе, — рассказывал Доминго.

Читать еще:  Как утеплить дверные откосы

Выждали два дня. На третий батальон, блокировавший монастырь, изготовился к атаке. А на дороге из Хаена в Адамус опять появился всадник. Он тоже ехал на муле и тоже вез два ящика. Только мула на этот раз мы подобрали особенного. Около месяца назад его отбили у мятежников. От крестьян было известно, что это животное выросло в монастыре.

В одном из ящиков, навьюченных на мула, находилась взрывчатка: двадцать килограммов динамита, обложенного гвоздями и кусками железа. Этот ящик был снабжен замыкателем. Другой набили негодными патронами.

Всадник бодро погонял животного, но выстрелы заставили скатиться с седла и этого «неудачника».

Предоставленный самому себе, мул не спеша побрел к монастырским стенам.

Диверсанты не видели, как впустили мула в монастырский двор, но поняли, что это случилось, когда загремел взрыв. Батальон немедленно поднялся в атаку и подошел почти вплотную к монастырю, потеряв лишь несколько раненых: растерявшиеся мятежники не успели вовремя открыть огонь.

Через два дня над монастырем взвилось белое полотнище. Мятежники сдавались…

— Честно говоря, — сказал один из республиканских начальников, — мы не очень‑то верили в успех вашей затеи, но она нам помогла.

— Вы, видно, не. думали, что андалузский мул может стать троянским конем? — осклабился Доминго. — А чем он хуже гомеровского жеребца, черт побери?!

Глава 10.

Под Мадридом и Сарагосой

Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций.

Организация стока поверхностных вод: Наибольшее количество влаги на земном шаре испаряется с поверхности морей и океанов (88‰).

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого.

Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ — конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой.

Цифры под откос

Мифы партизанского движения

Мы привыкли думать, что проводившаяся партизанами «рельсовая война» чуть ли не парализовала немецкий тыл. Согласно донесениям партизан, только в апреле-июне 1943г., в самый ее разгар, они пустили под откос свыше 1400 вражеских эшелонов. Всего же за годы войны они вызвали крушение более 21 тыс. поездов. Но советская и немецкая статистика потерь расходятся в разы.

МИФ 1. СОВЕТСКАЯ СТАТИСТИКА

В Москве утверждался план, сколько партизаны должны совершить диверсий на железной дороге или нападений на вражеские гарнизоны. Например, в 1943г. в ходе операции «Концерт» партизанам только в Белоруссии предстояло подорвать 140 тыс. рельсов. Многие бригады отрапортовали о значительном перевыполнении плановых показателей.

Пономаренко радостно докладывал Сталину: бригада Дубровского справилась с заданием на 345%, бригада Маркова — на 315%, бригада имени Заслонова — на 260%, бригада Романова — на 173%, бригада Белоусова — на 144%. Цифры радовали начальственный глаз, только вот немецкие эшелоны все шли и шли к фронту. В ходе войны ни одна оперативная перевозка вермахта на Востоке не была сорвана и ни одна крупная наступательная операция не началась с опозданием из-за действий партизан.

Порой между партизанскими отрядами устраивали соцсоревнование. 30 декабря 1943г. командир партизанской бригады имени Флегонтова Жохов издал приказ: «В ознаменование 26-й годовщины Красной Армии и ее славных побед, достигнутых в борьбе против немецких захватчиков, приказываю. развернуть с 1 января по 22 февраля 1944 года социалистическое соревнование между от-рядами, взводами, отделениями и партизанами. В основу социалистических обязательств положить выполнение месячных планов боевой и политической работы».

Была даже придумана шкала оценки боевых операций. Выше всего — в 75 баллов — оценивалась ликвидация гарнизона или железнодорожного эшелона со взятием трофеев. То же самое, но без трофеев тянуло лишь на 50 баллов, а уничтоженная пушка оценивались в один балл. Столько же давали за одного сраженного неприятеля. Трофейная винтовка приносила участнику соревнования два балла, а взорванный шоссейный мост — три. Кроме почетных грамот и переходящих знамен победители награждались оружием.

Припискам в партизанских донесениях способствовал и приказ Пономаренко от 3 августа 1942г., который устанавливал своеобразные нормы подвигов для награждения партизан «Золотой Звездой» Героя. Она полагалась за «крушение военного поезда не менее 20 вагонов, цистерн или платформ с живой силой, техникой, горючим или бо-еприпасами с уничтожением состава с паровозом. за уничтожение складов с горючим, боеприпасами, продовольствием, амуницией. за нападение на аэродром с уничтожением материальной части. за нападение или уничтожение штаба противника или военного учреждения, а также радиостанции и за другие выдающиеся заслуги».

Цифры из донесений партизанских командиров о пущенных под откос эшелонах, взорванных мостах и рельсах были завышены. Это доказывают отдельные данные из немецких источников, оказавшиеся в распоряжении советского командования. По сведениям диспетчерского бюро станции Минск, в июле 1943г. на участке железной дороги Минск-Борисов партизаны подорвали 34 эшелона. По данным же только четырех партизанских бригад, действовавших в этом районе (1-й Минской, «Пламя», «Разгром» и «За Советскую Беларусь»), ими на этом же участке было подорвано более 70 эшелонов. «Если к этому прибавить эшелоны бригад имени Щорса, «Смерть фашизму», имени Флегонтова, — говорилось в письме одного из минских партизанских руководителей, направленном в Центральный штаб партизанского движения, — то увеличение достигнет 5, если не 6 раз. Это происходит потому, что работа подрывных групп недостаточно контролируется, а партийные и комсомольские организации не взялись еще за борьбу против очковтирательства».

Вероятно, так же обстояло дело и со злосчастными рельсами, плановые задания по которым спускал своим подчиненным товарищ Пономаренко. Он сам в июне 1943г. в отчете о состоянии партизанского движения вынужден был особо отметить «недостоверность информации некоторых отрядов».

После войны Пономаренко признавал: «Результаты по большей части уточнялись по сведениям местных жителей, посредством агентуры, доносившей командованию партизанских соединений о результатах минирования в том или ином месте, или по захваченным документам противника и показаниям пленных».

Нередко партизаны опирались только на слухи, а один и тот же подорванный эшелон записывали на свой счет сразу несколько парти-занских соединений.

Очень часто цифры неприятельских потерь в партизанских донесениях кажутся абсолютно фантастическими. 11 сентября 1943г. по приказу подпольного Могилевского обкома одновременно было атаковано 10 немецких гарнизонов в Белыничском районе. Вот что докладывали партизанские командиры о бое с самым крупным гарнизоном, расположенным в райцентре: «В Белыничах после 3,5-часового ожесточенного боя, доходившего до рукопашных схваток, разгромлен гарнизон противника, состоявший из батальона РОА и 60 полицейских. Главную тяжесть боя приняли на себя батальоны 208 полка, во взаимодействии с ними участвовали 600 и 760 партизанские отряды и отряд майора Шестакова. В итоге боя убито свыше 200 и до 200 ранено солдат и офицеров противника… Свои потери: 3 убитых, 30 раненых».

Если ожесточенный бой длился три с половиной часа, совершенно невероятно, чтобы на каждого убитого партизана приходилось 70 убитых солдат и офицеров противника. Непонятно также, каким образом партизаны посчитали число раненых полицейских и власовцев.

Не лучше обстояло дело и с учетом немецких потерь в боевой технике. Некоторые подвиги партизан, встречающиеся в боевых донесениях, носят совершенно мифологический характер. Например, в итоговом отчете о деятельности 37-й партизанской бригады имени Пархоменко, действовавшей в Бобруйском и Глусском районах Могилевской и Полесской областей, утверждалось: «20 декабря 1943 года командир отряда имени Кирова Голодов Василий Емельянович в деревне Качай Болото Паричского района, когда гитлеровцы приблизились к блиндажу, где находился тов. Голодов, начали забрасывать его гранатами, коммунист Голодов на лету подхватывал вражеские гранаты и выбрасывал их назад. Так он выбросил 9 гранат и убил более 20 фаши-стов. Но десятой гранатой бесстрашный командир был тяжело ранен и погиб смертью героя».

МИФ 2. НЕМЕЦКАЯ СТАТИСТИКА

Читать еще:  Сдвигающие силы при оценке устойчивости откоса

Немецкие сводки о потерях в боях с партизанами, особенно если они были составлены в штабах вермахта, а не СД или полицией безопасности, выглядят достовернее советских. Там почти никогда не встречается число раненых партизан, а убитых немцы указывали только тогда, когда в их распоряжении оказывались трупы. Нередко немецкие донесения прямо признают, что потери партизан были значительно меньше, чем у них и их союзников.

Однако не всегда немецкие донесения внушают доверие. Например, штаб группы армий «Центр» докладывал, что «…в январе 1943 года общее число убитых партизан за пределами армейских тыловых районов определялось в 5762 человека, но при этом было захвачено в качестве трофеев только 960 винтовок, 56 пулеметов, 12 минометов, пять орудий и три про-тивотанковых ружья». Получается, три четверти партизан воевали без оружия или немцы просто побрезговали взять его в качестве трофеев.

Скорее всего, большинство убитых — это те, кого только подозревали в пособничестве партизанам. Именно во фронтовом тылу действовали немецкие полицейские формирования, жандармерия и отряды СД, которые часто записывали в партизаны мирных жителей, убитых в ходе карательных экспедиций.

Немцам удалось разбить основные силы партизан в прифронтовой зоне группы армий «Центр» в апреле-июне 1944г., накануне опера-ции «Багратион». Их успеху способствовало то обстоятельство, что в Полоцко-Лепельской партизанской зоне еще с осени 1943г. оказались сконцентрированы 16-17 партизанских бригад общей численностью от 16 до 20 тыс. человек.

Советское командование намеревалось с их помощью захватить Полоцк. Затем туда планировалось перебросить снабжаемый по воздуху десантный корпус, которому вместе с партизанами предстояло удержать город до подхода основных сил Красной Армии.

Однако и Центральный штаб партизанского движения, и командование 1-го Прибалтийского фронта, и Ставка забыли, что в декабре-январе здесь преимущественно нелетная погода, и назначили начало операции на середину декабря 1943г. В последний момент она была отменена как раз из-за неблагоприятных метеоусловий.

Партизанам было приказано зимовать в этом районе, чтобы попытаться позднее овладеть Полоцком. Обеспечить такое воинство необходимым количеством боеприпасов не было никакой возможности. В результате немцы, воспользовавшись затишьем на фронте, в апреле 1944г. приступили к широкомасштабной карательной операции и в начале июня практически ликвидировали Полоцко-Лепельскую партизанскую зону. По немецким данным, было уничтожено или взято в плен более 14 тыс. партизан. По донесениям партизан, потери бригад Полоцко-Лепельской зоны оказались вдвое меньше — 7 тыс. убитых и пропавших без вести.

Крупные карательные операции немцы предпринимали и против партизан, действовавших в Минской области. Ими руководил начальник СС и полиции в Белоруссии бригадефюрер Курт фон Готберг. В ходе одной из таких операций, «Котбус», согласно донесению Готберга от 26 июня 1943г., было уби-то в бою 6084 партизана, а еще 3709 — расстреляно после пленения.

Похвастался Готберг и новым методом преодоления минных полей: «После артиллерийско-зенитной подготовки проникновение в болотистую местность стало возможным только потому, что подозреваемых в связях с партизанами местных жителей гнали впереди войск по сильно заминированным участкам территории».

Кстати, такой же метод использовали и советские военачальники, только гнали на минные поля не мирных жителей, а красноармейцев.

Под руководством Готберга с 3 июля по 30 августа 1943г. была проведена еще одна крупная операция под кодовым названием «Герман», на этот раз против советских и польских партизан Барановичской области.

Секретарь Барановичского обкома щедро уничтожал врага на бумаге. В донесении он заявил, что партизаны в ходе операции «Герман» убили и ранили более 3 тыс. немцев и полицейских и взяли в плен 29 немецких солдат. Готберг же общие потери немцев и их союзников определял в 205 убитых, раненых и пропавших без вести. Неужели ошибся в 15 раз?

Несмотря на то, что после освобождения Беларуси от нацистских оккупантов уже прошло 76 лет, на пути к правде о партизанском движении еще немало препятствий. Много неизученного, еще больше — искаженного.

Этот эшелон поляки пустили под откос…

–Истории о балаковцах: главное – что помним–

В семье ветерана Василия Афанасьевича Иванова свято чтят его заслуги и хорошо помнят все его рассказы о Великой Отечественной войне. Чтобы передать это уважение и почитание своим потомка, дочь Василия Афанасьевича Валентина Васильевна Бровкович оформила альбом с воспоминаниями о военных годах и фотографиями отца.

«Время уходит, – говорит она, – война отодвигается. Но эта частица войны, пережитая отцом, должна обязательно остаться в памяти наших детей и внуков».

Начинал войну Василий Иванов артиллеристом, затем, после ранения и госпиталя, особый отдел направил его на учёбу в танковое училище. Он вспоминал: «Выбрали 20 человек, в том числе и меня. Я робко спросил: «А можно мне остаться в своей артиллерии?» На что последовал резкий ответ: «Где прикажут, там и будешь служить!» В особом отделе много не разговаривали…»

В Рыбинске Ярославской области Иванов стал курсантом танкового училища. Там же обучалась много поляков. Многое его тогда поразило: «Польские курсанты имели великолепное обмундирование – новые шинели, яловые сапоги. А наши русские – в линялых гимнастёрках, кирзовых сапогах. Польский капрал имел своего ординарца – денщика. Наши офицеры не могли себе такого позволить. Кормили тоже по-разному. Когда заводили в столовую, поляки шли направо – у них своя еда, более разнообразная и калорийная, мы же шли налево, за своей кашей».

После училища Василий Афанасьевич попал в горнило боёв. Гарь, пыль, грохот орудий и запах крови становились привычными. Война превращалась в быт, в окружении трупов и искорёженных машин бойцы умывались, ели, утоляли жажду.

После танкового сражения на Курской дуге в страшном месиве из танков, людей, орудий, дорог не было. «Мы трактором разгребали себе дорогу, – вспоминал Иванов, – и тогда только прошли после наступления!»

Накануне Победы танковая часть Василия Афанасьевича в тяжелейших условиях переправилась через Одер. Танки, проходя по понтонному мосту, тонули под обстрелом вместе с экипажем. Потеряв множество людей и техники, танкисты через несколько часов получили известие о Победе.

Ветеран рассказывал: «Стоим, смотрим – впереди нас зарево, стрельба – пулемёты, пушки… Мы засели в танке, приготовили снаряды, думали, сейчас в бой! Видим: посыльный бежит, приплясывает и кричит: «Ура! Немцы капитулировали! Война окончена!»

Но для Иванова война в 45-м не закончилась. Из польского города Штадгарда, где располагалась их часть, отправили на родину эшелон с советскими воинами. Этот эшелон поляки пустили под откос, погибла половина взвода. Домой Василий Афанасьевич вернулся лишь в 46-м.

Дочь ветерана говорит: «У меня огромное чувство гордости за отца, который прошёл всю войну. 65-ти летний юбилей Победы мы встречали вместе с ним, а до 75-го победного юбилея он не дожил. Но главное, что мы –его потомки – помним о нём, и его воспоминаниях о войне».

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector